История Пангуны тесно связана с колониальным освоением минеральных ресурсов и политическим становлением Бугенвиля. Геологи обнаружили крупное месторождение в Crown Prince Range, а Bougainville Copper Limited начала промышленную разработку Пангуны в начале 1970-х годов. Открытый карьер и система отвода воды изменили рельеф, реки и привычное землепользование, одновременно обеспечив значительные экспортные доходы. Землевладельцы критиковали размер компенсаций, экологический ущерб и распределение прибыли между островом и центральным правительством. В 1988-1989 годах протесты, саботаж и атаки вооружённых групп остановили производство; закрытие рудника стало одним из непосредственных толчков к длительному конфликту. Во время гражданской войны инфраструктура была разрушена, а центральная зона Пангуны оказалась изолирована. Мирное соглашение 2001 года создало основу для автономного управления и будущих переговоров о ресурсах. В 2016 году Rio Tinto передала свою долю в BCL правительствам PNG и Бугенвиля, что сделало вопросы землевладельцев и экологического восстановления ещё заметнее. Последующие консультации рассматривают, возможна ли ответственная реконструкция и какие условия должны быть выполнены до любых работ. Для местных жителей рудник - не абстрактный карьер, а часть семейной памяти, утраты и политических требований. Поэтому Пангуна одновременно присутствует в экономической истории страны, в документах о правах человека и в повседневной идентичности Бугенвиля. Современное обсуждение не даёт права туристу самостоятельно пересекать закрытую территорию: разрешение, безопасность и согласие общин важнее любопытства.